Размышления Ноты Звукозапись Контакты Гостевая Ссылки
Обновление:
22 ноября 2011 добавлены
в раздел "Литургия" - Херувимская № 21, Милость мира № 11;
в раздел "Запричастные концерты" - "Доколе, Господи..." (бас соло) и "Тропарь Трем Святителям..."
Вниманию постоянных посетителей сайта!
Все ноты выложены в обновленной авторской редакции (26 октября 2010).
Исправления касаются :
1. Чистоты и плавности голосоведения.
2. Расстановки слогов и внутрислоговых распевов.
3. Орфографии нотной записи.
Добавлены и новые сочинения (смотрите таблицу внимательно :)
Убедительная просьба регентам и хормейстерам, практикующим исполнение моих опусов:
Пожалуйста, замените все имеющиеся у вас старые электронные версии и распечатки
на обновленные, а старые – уничтожьте.
Это необходимо для предотвращения распространения путаницы версий.
Премного буду благодарен за понимание и участие!
Вниманию новых посетителей!
Разрешите
представиться:
Файнер Владимир Михайлович, 1966 г. р., церковный
композитор из г. Харькова.
На этом сайте я предлагаю циклы Всенощного бдения и Литургии,
Херувимские песни и запричастные концерты,
песнопения Великого поста и праздников,
стихиры, тропари, кондаки и величания
святым…
А также сочинения для концертного исполнения и просто "домашнего музицирования"
(органные прелюдии
и фуги, мотеты на латинские тексты, серьезные и шуточные полифонические пьесы...)
Главное направление моего творчества –
хоровая полифония.
Слово «полифония» всем привычно в самом общем
значении – «многоголосие».
Многоголосные рингтоны мобильных телефонов в
просторечии называют «полифоническими» :)
В более специальном смысле полифония – это
многоголосие, где каждый голос ведет самостоятельную мелодическую линию
в
благозвучном сочетании с другими. В этом качестве полифония присутствует и в
классической музыке, и в популярной.
Но есть и специфическая звуковая архитектура,
по строгим законам коей возводятся незримые купола и открываются к свету окна.
Она так и называется – «полифония строгого
стиля».
Это – основная сфера моей исследовательской и
творческой деятельности на протяжении уже более двух десятков лет.
Изучение
корней греко-славянского мелоса и европейских школ XV – XVIII вв. привело к
осознанию возможности глубокого синтеза культур.
Многоголосие спонтанное,
называемое гетерофонией, издавна известно фольклору.
Наши деревенские бабушки,
как и грузинские старожилы, хранят еще кое-где сноровку украшения напева
вольным разветвлением.
Присутствует подобная манера и в русской
церковно-хоровой традиции наряду с гомофонией – слиянием голосов в монолитную
массу.
И в моем творчестве отчасти представлены гетерофонные и гомофонно-гармонические структуры.
Но интереснее мне, все же, многоголосие полифоническое – как своеобразный союз поэзии и науки.
Ведь, чтобы обрести совершенную раскованность
и пластичность, не теряя благозвучия, требуется… математическая дисциплина.
Эта
парадоксальная истина была открыта к началу XV века музыкантами Северной
Европы, и в последующие три столетия
искусство
полифонии строгого стиля расцвело по всему континенту.
Быть может, не случайно полифонические школы выросли
у народов, развивавших морскую навигацию – англичан, нидерландцев, испанцев.
Изящные силуэты кораблей, стройные мачты, ажурное плетение такелажа – и
светоносное парение звуковой ткани…
Не один ли первообраз вдохновил и
полифонистов, и конструкторов?
А кто ходил в море под парусом, никогда не
забудет особое состояние души.
Близкое к чувству полета замирание сердца от
безбрежного простора и легкого скольжения по волнам.
Дыхание ветра, игра
солнечных бликов. Свобода, рожденная… иерархией закономерностей.
Не в этом ли –
тайна красоты?
Интуитивно ощущаемая при соприкосновении с природными
структурами, высокая организованность коих так непринужденна.
Как передать такое пением? Разлить волнами
рисунки голосов! А сопряжение их подчинить единому закону.
Охранит он чистоту,
прозрачность и трезвенную ясность духа.
И острое переживание бытия как осмысленного
творения обратит ум и сердце ко Творцу.
В словаре Иоганна Вальтера (родственника и
друга И. С. Баха) музыка определяется так:
«Математическая наука, посредством
коей составляется и наносится на бумагу приятная и чистая слаженность
звуков,
которая после этого может быть спета или сыграна, с тем, чтобы ею в
первую очередь
подвигнуть людей к усердному благоговению перед Богом…».
«Чистая
слаженность звуков» – интуитивно читаемый символический ряд?
Великому русскому богослову, философу и
математику, священнику Павлу Флоренскому принадлежит такое высказывание:
«Символ сам по себе еще не есть музыка, но
станет таковою лишь после контрапунктической разработки его нашим духом...»
Мысли непривычные – для сегодняшнего, но не для старинного восприятия искусства.
О чем думает композитор, сочиняя мелодию?
Как бы ярче передать чувства интонацией и
пульсацией ритма?
Правильно, так и должен думать правильный
композитор.
А вот мастер XVI века сказал бы, что так
думать правильно, но не достаточно.
А чтобы было правильно совсем, нужно
вспомнить, что кроме буквального восприятия звуков, слов, фигур, картин –
есть
еще восприятие символическое.
Пример. Выходите вы на улицу после дождика, а
в небе – радуга.
Настроение сразу – вверх! Красиво? Не только.
Еще и символично.
И эта скрытая в символике радуги «свыше
данная мирная надежность» глубже просветляет зрителя, чем сам цветовой перелив.
Христианский Восток породил иконопись как явление сакральное, абсолютно отрешенное от чувственного натурализма.
А Запад в веках XV – XVII совершил подобное с музыкой, превратив ее, по сути, в пространственно-звуковую архитектуру.
Вспомним атрибуты византийской иконы:
1. Огромные очеса.
2. Утонченные переносицы и длинные тонкие
пальцы.
3. Лучистые складки облачений.
4. Не тяжкое давление фигур на землю, а
парящее касание ее.
5. Свет не снаружи, а из глубины (нет теней!)
6. Обратная перспектива и концентрическая
кривизна пространства (скалы похожи на гребни морских волн).
Соответствующие свойства европейской полифонии строгого стиля:
1. Опора на перфектные консонансы, объемная диспозиция голосов.
2. Слоеная тонковолокнистая ткань (вместо
привычной хоровикам мясистой фактуры).
3. Скольжение по волнам задержаний-разрешений
(вместо «взятия» аккордов).
4. Мягкая модальность (вместо крепкой
тональности).
5. Прорастание созвучий слиянием и
расслоением унисона в соседних голосах.
6. Имитации с переменным масштабом и
плотностью (при сохранении топологии трансформируется метрика
пространства-времени).
И, наконец, сами фигуры мотивов – символы.
К примеру, сквозная тема полифонического цикла Всенощной
(и «Милость мира» № 8) – комбинация нот "си-ми-соль-ля".
В зависимости от расстановки нот по октавам
она знаменует или призыв, или погружение в сердечную глубину,
или излучение
света, или восхождение по ступеням, или Крест (в его традиционном звуковом начертании).
Так образуется «интуитивный план»
повествования, подобный иконописному, где кроме действующих лиц, также
присутствуют
символические комбинации геометрических фигур и предметов
(деревья, скалы, свитки, книги, детали облачений, звезды, орнаменты...).
Современному музыканту полифоническое полотно
сперва кажется перегруженным деталями, как и художнику-натуралисту – икона.
А при вдумчивом и спокойном исполнении
восприятие проясняется.
Полифония открывается певцу и слушателю, как
искренняя, сердечная речь,
передающая аскетично-собранное, трезвенное
благоговение перед Таинством.
Главную цель всех своих музыкальных
занятий я вижу как «строительство моста» между эпохами.
Однажды у меня родились на эту тему стихи.
Если старинные церковные композиторы могли бы
обратиться к современным…
Возможно, они передали бы вот такое послание:
Мы вас приветствуем, коллеги,
Вы – храмов будущих певцы,
Вы – древа музыки побеги,
Мы – корни… Слушайте. Отцы
Гармонии хоров согласной
Сквозь глубину седых веков
Своей желают мыслью ясной
Ваш ум избавить от оков.
Освободить? Зачем? Свободны
У нас, вы скажете, умы,
И развиты, и многоплодны,
И в красоте изощрены!
Возможно, это так… но все же
Коварнейших нет моды уз,
Прокрустово мирское ложе
Художника неволит вкус.
Мир почитает буйство красок,
Мир прелести боготворит,
Мир порождает сотни масок,
Мир вам их надевать велит.
И, внешне скромный, сочинитель
Собой, однако, втайне горд,
Коль слушатель и исполнитель
Смакует найденный аккорд.
«Свобода» лепки как придется
Привыкла музой помыкать,
Но… вдруг, однажды, изольется
Иных созвучий благодать –
Безстрастья сладости природа,
И вот тогда уже не та, –
Иная, высшая свобода
Пред вами отворит врата.
Фантазий реки многоструйных
Когда научитесь смирять,
Стихию треволнений буйных,
Порыв эмоций, и вникать
В намеки точечных касаний,
Зеркальный эха лабиринт,
Приготовленье задержаний,
Опорные пустоты квинт…
Искусство контрапункта строго.
Для восхождения нужна
Свобода строгости. У Бога
Венец звучанья – тишина.
Творить в Его воспоминанье
Он заповедал голосам
Отнюдь не драмы нагнетанье,
А звуковой незримый храм.
Зачем же вопля возбужденьем,
И томной негой без конца,
И кровяным разгоряченьем
Вниманья ищете Творца?
Вот сердца тайное моленье –
Оставить чувствия, как есть,
И онеметь от изумленья:
Он – Сущий в небесах – Он – здесь…
Размышления Ноты Контакты Звукозапись
